Задонский рождество-богородицкий мужской монастырь

Беседа 1. Владимирская икона и наш монастырь

Владимирская икона Божией Матери и наш монастырь
Владимирская икона Божией Матери издревле играла особую роль в жизни Святой Руси. По преданию она была написана в I веке нашей эры св. апостолом и евангелистом Лукой, лично знавшим Пресвятую Деву. Пречистая Дева Мария видела эту икону, одобрила и благословила ее. Впрочем, ученые считают, что наша древняя Владимирская икона, хранящаяся ныне в храме Святителя Николая в Толмачах при Третьяковской галерее, написана Константинопольским мастером в первой трети XII века. Вероятно, этот замечательный иконописец писал образ Богородицы с древних образцов, действительно восходящих к святому Луке. На Владимирской иконе от XII века сохранились лишь лики Младенца Христа и Его Пречистой Матери, весь остальной красочный слой иконы относится к поновлениям XVI века.
Из-за своей трогательности византийский тип Богоматери, ласкающей Сына, получил на Руси название «Умиление». Богомладенец прильнул щечкой к щеке Богоматери, глядя Ей в лицо, правой рукой Она поддерживает Младенца. Дева-Мать словно прижала Сына к Себе в трогательном стремлении защитить Свое Чадо. Но большие миндалевидные глаза Марии устремлены не на Сына, а на молящихся людей, ради которых Он примет распятие и смерть, и в этом скорбном взгляде – внутренняя готовность к жертве. Склонение головы Богородицы передает и Ее печаль, и покорность воле Божией, и приятие грядущей судьбы Сына[i]. Лики написаны виртуозно. Выражение лица Девы мягкое и печальное, брови немного подняты у переносицы, линии носа и губ выполнены с изяществом и тонкостью. Губы Младенца приближены к губам Матери, что придает образу теплоту и интимность. Лик Иисуса и Его левая кисть, лежащая на шее Матери, по византийской традиции написаны очень светлой, сияющей охрой, позволяющей передать не только младенческий облик, но и Божественную Сущность Христа. По гармоничности пропорций, совершенству линий, выразительности образа икона не имеет себе равных в искусстве Византии[ii]. За плечами автора «Богоматери Владимирской» стоит не только высокая школа живописи, но и огромный духовный опыт, которого еще не было у новокрещеного русского народа.
Перед этим образом учились русские люди жертвенной любви к Богу, людям и Отчизне, преданности воле Божией, смирению, познавали красоту материнства и девства. В лике Богородице виделось и сострадание народу русскому и каждому человеку на тяжком крестном пути противоборства злу. Икона учила истинной человечности многие поколения наших предков. Однако Владимирский образ был не только училищем нравственности, он был таинственным, чудесным знаком, знамением, через который Бог являл Свою волю над Русью, а также орудием этой воли, и сверхъестественным местом встречи Бога и людей, воли Господней и воли человеческой.
Готовя в Святой Руси достойную преемницу Византии в деле свидетельства Истины Христовой в мире, Господь символично переносит икону из Константинополя в Киев. Около 1131 года Константинопольский патриарх Лука Хрисоверг дарит дивный образ князю Юрию Долгорукому. Но вскоре чудесно открывается, что икона как бы «не желает» оставаться здесь и св. князь Андрей Боголюбский в 1155 году переносит ее на север в город Владимир. Через икону Бог как бы предсказывает и готовит переход духовного, культурного и государственного центра Руси к северу, заранее подготавливает, освящает и благословляет шествием иконы новую Обетованную землю, где Русь воскреснет после грядущего монгольского нашествия. Завершается это судьбоносное и сострадательное странствие Матери Божией по русской земле в 1395 году, когда икона переносится в Москву по повелению князя Василия II Димитриевича.
На этом событии нужно остановиться подробнее. После битвы на поле Куликовом поддерживаемый грозным Тамерланом Тохтамыш разгромил обезкровленного Мамая, но вскоре дерзко восстал и на самого Тамерлана, напав на Персию. Тамерлан сам пошел наказать Тохтамыша, разгромил его между реками Тереком и Курой и стал преследовать на север, перейдя Волгу. На этом пути неустрашимый завоеватель Востока, подобный Чингисхану и владевший уже двадцатью шестью царствами в трех частях мира, обнаружил стремление идти на Москву[iii]. Тамерлан уже шел по берегам Дона, разоряя селения и города, ненадолго остановился он под Ельцом, предав этот город огню. Казалось, повторялись времена нашествия Батыя, Москва стояла на краю гибели. Великий князь Василий Димитриевич выступил с полками на берега Оки и отсюда писал митрополиту московскому Киприану, чтобы он послал во Владимир за чудотворной иконой Богоматери. Отправленное во Владимир духовенство Московского Успенского Собора в день Успения Богородицы приняло на свои руки великую святыню. Владимирцы горько плакали, провожая икону. Через десять дней священное шествие встречали в Москве. Великое множество людей со слезами преклоняло свои колени по обеим сторонам дороги перед проносимой по ней иконой. «Матерь Божия! Спаси землю русскую!» - слышался отовсюду вопль народный. Мольба была услышана. В этот самый день и час, 8 сентября (н. ст.) 1395 года, задремавший в шатре под Ельцом Тамерлан увидел в видении спускавшихся с горы старцев с жезлами и над ними в небесах грозную Царицу, неописуемо величественную и окруженную десятками тысяч воинов, подобных молниям. Окончив свою мольбу, Царица строго повелела завоевателю покинуть землю Русскую. По Ее мановению тысячи огненных воинов устремились на Тамерлана. В трепете проснулся хан и из толкований своих мудрецов понял, что видел во сне «Мать Бога христианского»[iv]. «Итак, мы не одолеем их», - решил завоеватель. В тот же день он повернул на юг и, выйдя из пределов Руси, разгромил Золотую Орду, настолько ее ослабив, что ордынцы долго не могли собраться с силами и продолжали нападать на Русь лишь урывками, делая краткие разбойничьи набеги[v]. В 1402 году Тамерлан в битве под Анкарой разромил огромное войско турок-османов и спас православную Византию и город Богородицы – Константинополь от гибели, хотя и на краткое время[vi]. Так по промыслу Божию и по молитвам Матери Божией Тамерлан сыграл положительную роль в судьбах православных народов. А на месте встречи чудотворной иконы в Москве был основан Сретенский монастырь.
Прошло много лет. Люди русские помнили, что некогда под Ельцом Матерь Божия явилась монгольскому хану и спасла Русь. Этим явлением Пресвятая Дева как бы освятила эти места, согрела земли у Дона теплом своей материнской любви, наполнила этот край благословением Своего Божественного Сына. И теперь этот край для русичей должен был восприниматься не как часть враждебного «дикого поля», а как неотъемлемая часть Святой Руси, места родные, дорогие святыми воспоминаниями древности, а значит, исконно русские. Так была заложена духовная основа государственной колонизации этого края. Оставалось только укрепиться русским людям на этой земле, данной им Богом. И это постепенно происходило.
В середине XVI века московское государство начинает неуклонное продвижение на юг от Оки в области «дикого поля», устраивая здесь ряд укрепленных пунктов, образовавших Тульскую оборонительную черту, шедшую от Путивля и Рыльска через Брянск и Тулу к пределам Рязани. А во второй половине XVI века продолжается движение на юг от Тульской черты и создается Белгородская оборонительная линия, проходившая через восстановленные или вновь построенные города Орел, Курск, Воронеж, Ливны, Елец, Белгород, Оскол, Валуйки[vii].
И вот в начале XVII века «под Елец», на берега Дона, в места, освященные явлением Богоматери, пришли два старца-монаха из Сретенского Московского монастыря с копией Владимирской иконы и основали новую Задонскую Богородицкую обитель[viii]. Не случайно Задонский монастырь был основан у Дона на пути из Ельца в поле, этим как бы благословлялось свыше распространение православия на юг. Цепь замкнулась. Прояснилась незримая суть происходящего. Некогда избравшая это место Богородица теперь видимым устойчивым образом освящает его созданием святого монастыря, чтобы стал этот край оплотом православия, источником истинного света и благодати для жаждущих спасения человеческих душ. Она же, Дева Пречистая, приведет сюда и великого праведника – святителя Тихона, святой жизнью которого особенно просияет Задонский край.
[i] Православная Энциклопедия. Русская Православная Церковь. – С. 540.
[ii] Иларион (Алфеев), архиепископ. Православие. Т. II. – М.: Издат-во Сретенского монастыря, 2009. – С.158.
[iii] Ишимова А. О. История России в рассказах для детей. – М.: ООО«ФИРМА СТД», 2006. – С. 126, 127.
[iv] Честь и слава Богоматери. Владимирская икона. – М.: Храм Пеображения Господня, 1992. – С. 13, 14.
[v] Михайлов Г. Нравственный образ истории. Закат Византии. – СПб.: Общество Русской Православной культуры свт. Игнатия (Брянчанинова), 2002. – С. 71, 72.
[vi] Дворкин А. Л. Очерки по истории Вселенской Православной Церкви. – Нижний Новгород: Издат-во братства во имя Св. князя Александра Невского, 2005. – С. 768.
[vii] Пушкарев С. Г. Обзор русской истории. – Минск: Издательство Белорусского Экзархата, 2006. – С.149.
[viii] Клоков А.Ю., Морев Л.А., Найденов А. А. Храмы и монастыри Липецкой и Елецкой епархии. Задонский район. Часть I – Липецк: Липецкое краеведческое общ-во, 2007. – С. 115-119.
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru